Обратная связь: bankrotstvo@yandex.ru   Телефон: +7(925)339-04-51
Россия

ОТМЕНЯЕТ ЛИ БАНКРОТСТВО ЭМИТЕНТА ДОПЛАТУ НДФЛ ПРИ ЗАКРЫТИИ ИНВЕСТИЦИОННОГО СЧЕТА

 

В письме от 8 сентября 2017 г. N 03-04-05/58030 Минфин ответил на вопрос об НДФЛ в случае прекращения договора на ведение индивидуального инвестиционного счета в связи с банкротством организации - эмитента указанных ценных бумаг.

Налогоплательщик имеет право на получение инвестиционного налогового вычета в сумме денежных средств, внесённых налогоплательщиком в налоговом периоде на индивидуальный инвестиционный счёт.

Читать полностью →
Россия
Источник: бухвести.рф
21 Сентября, 2017

О внесении изменений в федеральные законы "О несостоятельности (банкротстве)" и "Об исполнительном производстве" в части совершенствования процедур, применяемых в деле о банкротстве стратегических организаций

Номер: 497144-5
Дата внесения в ГД: 5 февраля 2011 года
Инициатор: Правительство РФ
Комитеты: Комитет ГД по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям (ответственный), Комитет ГД по промышленности (соисполнитель, 2007-12-24 - 2016-10-04)
Стенограммы выступлений, связанных с данным законопроектом

Последнее событие

Стадия: Рассмотрение законопроекта в первом чтении (рассмотрение Советом Государственной Думы законопроекта, представленного ответственным комитетом)
Результат: 21 сентября 2017 года было принято решение внести законопроект на рассмотрение Государственной Думы
Документ: Протокол заседания Совета ГД №68

Читать полностью →
Россия
20 Сентября, 2017

ИЗМЕНЕН СОСТАВ СВЕДЕНИЙ О ГОСРЕГИСТРАЦИИ ЮРЛИЦ И ИП, РАЗМЕЩАЕМЫХ В ИНТЕРНЕТЕ

 

Елена Попова

 
Dmitry A / Shutterstock.com
Минфин России принял ведомственный акт, которым скорректирован состав сведений о госрегистрации юрлица, а также крестьянского (фермерского) хозяйства и физлица в качестве ИП, подлежащих размещению на официальном сайте ФНС России в сети Интернет (приказ Минфина России от 25 августа 2017 г. № 135н, зарегистрирован в Минюсте России 18 сентября 2017 г.).

В документе предусмотрены следующие изменения:

Читать полностью →
Россия
Источник: бухвести.рф
20 Сентября, 2017

Определение ВС по делу о банкротстве АО «Алента» — комментарий Евгения Суворова



Автор: Суворов Евгений Дмитриевич, к.ю.н., Старший преподаватель МГЮУ имени О.Е.Кутафина, адвокат, партнер "Синум АДВ".


Фото: Евгений СуворовОпубликовано определение ВС РФ от 23.08.2017 № 310-ЭС17-8699 по делу о банкротстве АО «Алента».

В данном деле решался вопрос, вправе ли залоговый кредитор требовать обязания ликвидационной комиссии обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Верховный Суд РФ пришел к положительному выводу, предоставив указанное право со ссылкой на то, что такое требование является одним из способов защиты залогового кредитора от недобросовестного поведения ликвидационной комиссии, назначенной участниками и, следовательно, зависимой от них.

Для меня такое решение выглядит дискуссионным. Думаю, что способ защиты не может быть оторванным от того интереса, ради которого он предоставляется, и следовательно от заявителя, которому такой интерес потенциально по мысли законодателя принадлежит.

У меня есть сомнения, что законодатель имеет в виду защищать залогового кредитора от недобросовестного поведения в отношении него ликвидационной комиссии путем обязания ликвидационной комиссии обратиться с заявлением о банкротстве ликвидируемого должника. Более того, я думаю, что это не так. Законодатель имеет в виду интерес всех кредиторов на соблюдение принципа равенства в случае, когда расчеты ликвидируемого должника будут неполными по причине недостаточности имущества.

Оговорюсь, что я не против решения подобных проблем правовыми способами, но я за то, чтобы каждой проблеме подбирался соответствующей ей способ защиты.

В данном конкретном случае, по моему мнению, ничего не мешало залоговому кредитору предоставить право требовать лично от ликвидационной комиссии реализации предмета залога. Думаю также, что такое право могло быть обеспечено судебной неустойкой; в частности, в одном из недавних дел ВС РФ допустил судебную неустойку в отношении бывшего руководителя должника в обеспечение исполнения им требования о передаче документов конкурсному управляющему (Определение ВС РФ от 11.07.2017 № 307-ЭС16-21419 по делу о банкротстве ЗАО «РСУ-103»). Предоставление права требовать от ликвидационной комиссии исполнения обязательства должника отличается от права требования к самому должнику, где отсутствует исполнительное производство по мотиву ликвидации. Думаю, что исполнительное производство по соответствующему требованию должно возбуждаться против ликвидационной комиссии (ликвидатора) непосредственно, к нему не применимы нормы об окончании исполнительного производства с ликвидацией должника (п. 6 ч. 1 ст. 47 Закона об исполнительном производстве), так как должником является не организация, а конкретный член ликвидационной комиссии (ликвидатор). Упомянутая уже возможность обеспечения исполнения требования судебной неустойкой в отношении членов ликвидационной комиссии (ликвидатор) лично также должна реализовываться через исполнительное производство.

Кроме того, в отношении членов ликвидационной комиссии (ликвидатора) допустима такая мера принудительного воздействия, как привлечение к личной ответственности. Так, в соответствии с п. 4 ст. 62 ГК РФ ликвидационная комиссия обязана действовать добросовестно и разумно в интересах ликвидируемого юридического лица, а также его кредиторов. При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 64.1 ГК РФ члены ликвидационной комиссии (ликвидатор) по требованию учредителей (участников) ликвидированного юридического лица или по требованию его кредиторов обязаны возместить убытки, причиненные ими учредителям (участникам) ликвидированного юридического лица или его кредиторам, в порядке и по основаниям, которые предусмотрены статьей 53.1 настоящего Кодекса.

Думаю, что именно такими двумя способами - личным принуждением под страхом судебной неустойки с возможностью исполнительного производства (1) и иском из ответственности (2) - должен быть наделен кредитор ликвидируемого юридического лица в целях защиты своего права, нарушаемого ликвидационной комиссией (ликвидатором).

Есть еще один аспект, который меня смущает. По существу, по инициативе залогового кредитора теперь необходимо начать процедуру банкротства. Но залоговый кредитор, не имеющий основного требования к должнику (залогодатель – третье лицо), не имеет права на возбуждение дела о банкротстве (п. 20 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 58). По факту это означает, что таким образом соответствующая логика нарушена. Верховный Суд данную проблему упоминает, но не рассматривает в качестве аргумента против предоставления иска со ссылкой на то, что залоговому кредитору недоступно исполнительное производство, которое имелось в виду в п. 20 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 58.

Здесь, как мне кажется, есть недосказанность: залоговому кредитору может быть доступно исполнительное производство против членов ликвидационной комиссии (ликвидатора), и это должно решать соответствующую проблему. В конце концов нет никаких гарантий, что судебный пристав-исполнитель, который будет реализовывать вместо ликвидационной комиссии предмет залога в общих случаях, не будет нарушать права залогового кредитора. Очевидно, что в таком случае не залоговому кредитору не будет предоставлено право на инициирование дела о банкротстве должника для отстранения судебного пристава-исполнителя. При таких обстоятельствах у залогового кредитора имеются административные способы защиты (обжалование действий и бездействия судебного пристава-исполнителя), а также иски об ответственности к Российской Федерации (ст.ст. 16, 1069 ГК РФ). Конечно, фигура судебного пристава-исполнителя отличается от ликвидационной комиссии потенциальной связью с должником, о чем говорит Верховный Суд Российской Федерации. Но, как мне представляется, это отличие имеет значение только до момента, пока не ясно, имеется ли злоупотребление, то есть для введения презумпции недобросовестности по мотиву связанности. Как только такой вопрос не вызывает сомнений (реализатор – судебный пристав-исполнитель или ликвидатор – ведет себя недобросовестно), отличия стираются. Думается в связи с этим, что у таких ситуаций должна быть общая логика разрешения.

Кроме того, необходимо обратить внимание на следующее. Как видно из судебного акта, Верховный Суд Российской Федерации признал право требовать подачи заявления о банкротстве по тому мотиву, что ликвидационная комиссия может вести себя недобросовестно по отношению к залоговому кредитору. Означает ли это, что подобный мотив – смена менеджмента на арбитражного управляющего – может быть положен в основу, например, требования одного из кредиторов об обязании руководителя должника подать заявление о банкротстве? Кроме того, вправе ли кредитор требовать возбуждения дела о банкротстве, если его права не реализуются судебным приставом-исполнителем, о чем уже говорилось выше?

Думается, что предоставление «неродных» нарушению и, соответственно, заявителю средств правовой защиты не должно допускаться. В противном случае мы увидим кредиторов, которые признают недействительными решения об избрании членов органов управления, если они им чем-то не нравятся, работников, которые требуют взыскания убытков в пользу корпорации с не устраивающих их менеджеров, уполномоченного органа (налогового органа), который инициирует вопрос о недействительности сделки по тому мотиву, что один из контрагентов действовал под принуждением. Во всех перечисленных случаях последствия реализации способа защиты потенциально и экономически могут отвечать интересам заявителя, но это не означает, что такой заявитель должен наделяться иском из основания, его не касающегося. Как мне кажется, соответствующая логика была уже пройдена в то время, когда налоговые органы лишились возможности предъявлять иски о признании сделок недействительными (напр., п. 77 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, постановление Президиума ВАС РФ от 06.11.2012 № 8728/12). Здесь подобную логику следует поддержать, имея в виду, что способ защиты вытекает из существа нарушения и «потерпевшего» от такого нарушения. В противном случае нам, например, вновь придется рассматривать иски о недействительности сделок всех против всех, что было признано неправильным уже на уровне судебной практики, а после и путем изменений в ст. 166 ГК РФ.

В заключение обращу внимание на тот аспект, что предложенный Верховным Судом способ решения проблемы зависит от случайного обстоятельства – для его реализации необходимо, чтобы у должника была недостаточность имущества. Получается, что залоговому кредитору, столкнувшемуся с таким ликвидируемым должником повезло, а залоговому кредитору обычного ликвидируемого должника – нет. Вряд ли такое решение отвечает принципу равенства участников гражданских отношений (п. 1 ст. 1 ГК РФ).

Читать полностью →
Россия
Источник: ЕФРСБ
19 Сентября, 2017

НЕ ИСКЛЮЧЕНО, ЧТО АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ ОБЯЖУТ ПРОВОДИТЬ ЛИКВИДАЦИЮ ЮРЛИЦ-БАНКРОТОВ

 

Екатерина Чернявская

 
vchal / Shutterstock.com
Минюст России предлагает возложить на арбитражных управляющих обязанность ликвидировать юрлица после банкротства. Предполагается, что решение об этом будет закрепляться в соответствующем судебном акте с указанием размера вознаграждения и сроками проведения ликвидации. 

Читать полностью →
Россия
Источник: бухвести.рф
19 Сентября, 2017

О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части процедуры реструктуризации долгов в делах о банкротстве юридических лиц

Номер: 239932-7
Дата внесения в ГД: 1 августа 2017 года
Инициатор: Правительство РФ
Комитеты: Комитет ГД по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям (ответственный), Комитет ГД по финансовому рынку (соисполнитель), Комитет ГД по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям (профильный)
Стенограммы выступлений, связанных с данным законопроектом

Последнее событие

Стадия: Рассмотрение законопроекта в первом чтении (рассмотрение Советом Государственной Думы законопроекта, представленного ответственным комитетом)
Результат: 19 сентября 2017 года было принято решение назначить комитет-соисполнитель
Документ: Протокол заседания Совета ГД №67

Читать полностью →
Россия
18 Сентября, 2017

О внесении изменений в статью 20-6 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"

В части определения размера вознаграждения арбитражного управляющего

Номер: 163735-7
Дата внесения в ГД: 2 мая 2017 года
Инициатор: Правительство РФ
Комитеты: Комитет ГД по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям (ответственный), Комитет ГД по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям (профильный)
Стенограммы выступлений, связанных с данным законопроектом

Последнее событие

Стадия: Рассмотрение законопроекта в первом чтении (рассмотрение Советом Государственной Думы законопроекта, представленного ответственным комитетом)
Результат: 19 сентября 2017 года было принято решение перенести рассмотрение законопроекта
Документ: Протокол заседания Совета ГД №67

Читать полностью →
Россия
18 Сентября, 2017

ИЦЧП: Коллегия ВС напомнила о стандарте доказывания задолженности в банкротстве

Верховный суд пересмотрел очередное дело, в котором нижестоящие суды слишком формально подошли к рассмотрению требования, предъявленного к банкроту, и допустили целый ряд ошибок. Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда, возвращая дело на новое рассмотрение, дала несколько указаний со ссылкой на правовые позиции Высшего арбитражного суда и Верховного суда (определение СКЭС ВС РФ от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

Суть спора заключалась в следующем. За семь месяцев до введения в отношении общества процедуры наблюдения оно заключило с другим обществом (хранителем) договор хранения техники и крупного рогатого скота. Между сторонами были подписаны акты передачи имущества на хранение.

Уже после введения в отношении поклажедателя конкурсного производства стороны заключили еще один договор хранения. А затем хранитель обратился к банкроту-поклажедателю с иском о взыскании задолженности по оплате услуг хранения и неустойки – и по первому договору, и по второму, причем, задолженность охватывала как периоды после начала дела о банкротстве, так и до него, но рассматривалась как текущие платежи.

Поклажедатель-банкрот иск признал, хотя, в свою очередь, предъявил встречный иск. Он утверждал, что хранитель утратил часть переданного на хранение имущество, и требовал возмещения его стоимости. Таким образом получалось, что поклажедатель был согласен уплатить хранителю часть долга за исключением стоимости утраченного имущества.

Один из конкурсных кредиторов поклажедателя-банкрота возражал против удовлетворения требования хранителя. Он ссылался на аффилированность обоих обществ и мнимость хранения: по его сведениям, рогатый скот не передавался хранителю, да и не мог передаваться, потому что у хранителя не было особых условий для его хранения. Первая инстанция не стала разбираться в доводах возражавшего конкурсного кредитора и удовлетворила оба иска – и основной, и встречный. Она исходила из того, что наличие договорных отношений подтверждено договорами и актами приемки-передачи, а наличие долга – отсутствием сведений об оплате, и должник признал требование. Требуемую задолженность суд счел текущими платежами.

Решение первой инстанции поддержали апелляция и первая кассация.

Коллегия Верховного суда с таким формальным подходом не согласилась и вернула дело на новое рассмотрение. Она дала понять, что нижестоящие суды слишком упрощенно подошли к вопросу доказательств наличия у банкрота долга по оплате хранения, необоснованно не приняли во внимание возражения другого конкурсного кредитора, а также запутались со статусом платежей.

Во-первых, Коллегия напомнила, что для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.2016). Это правило актуально и для требований по текущим обязательствам.

Во-вторых, Коллегия указала, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Поэтому при наличии убедительных доводов и доказательств невозможности хранения бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на истца и ответчика. Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012.

В-третьих, на случай, если будет доказано, что кредитор-хранитель действительно исполнил договор, и у поклажедателя имеется задолженность перед ним, важно учесть, что обязательства поклажедателя по оплате услуг хранения являются текущими только за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве. Условия договора об иных сроках оплаты услуг (в том числе по окончанию срока хранения) не меняют этого правила. Таким образом, задолженность, возникшая до даты введения в отношении поклажедателя процедуры наблюдения, не может быть отнесена к текущим платежам. Это следует из разъяснений, указанных в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", 4. Установление наличия внутригрупповых отношений между поклажедателем-банкротом и хранителем и, как следствие, общности их хозяйственных интересов, о котором заявлял возражающий кредитор, позволит дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора (хранителя), так и должника-поклажедателя (определение ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45752/2015).

Настоящий обзор подготовлен сотрудниками Исследовательского центра частного права имени С.С. Алексеева при Президенте Российской Федерации.

Читать полностью →
Россия
Источник: ЕФРСБ
18 Сентября, 2017

ИЦЧП: Право на вознаграждение возникает у временного управляющего с момента утверждения его управляющим


Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда рассмотрела спор о размере вознаграждения временного управляющего. Ключевым в этом споре стал вопрос о моменте, с которого у управляющего возникает само право на вознаграждение (определение СКЭС ВС РФ от 04.09.2017 г. № 301-ЭС17-4624). От этого зависело, какая редакция Закона о банкротстве применяется к данному спору.

Арбитражный управляющий обратился с заявлением о взыскании своего вознаграждения за процедуру наблюдения в размере более 400 тыс. руб. Сумма была рассчитана в процентах от балансовой стоимости активов должника по правилам пункта 10 статьи 20.6 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до 29.12.2015. Новая редакция (введена Федеральным законом от 29.12.2015 № 391-ФЗ) ограничила максимальный размер вознаграждения суммой в 60 тыс. рублей. Это ограничение должно было распространяться лишь на правоотношения, возникшие со дня вступления нового закона в силу (п. 9 ст. 23 Федерального закона № 391-ФЗ).

В данном случае ключевым стал вопрос о том, с какого момента считать возникшими «соответствующие правоотношения». Применяется к ним новое ограничение или еще нет? Управляющий считал, что право на вознаграждение у него возникло с даты введения процедуры наблюдения. Это произошло до вступления в силу новой редакции.

А оппоненты управляющего полагали, что право на вознаграждение возникло у него после завершения процедуры наблюдения, потому что согласно пункту 9 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего выплачивается ему «в течение 10 календарных дней с даты завершения процедуры, которая применяется в деле о банкротстве и для проведения которой был утвержден арбитражный управляющий». Эта дата находилась уже в периоде действия новой редакции.

Управляющий возражал против этой позиции тем, что пункт 9 статьи 20.6 Закона о банкротстве лишь регламентирует порядок и сроки выплаты вознаграждения, но не момент возникновения права на него.

Три первые инстанции не согласились с управляющим и сочли, что новое ограничение к его вознаграждению все-таки применяется. Поэтому его требование удовлетворили частично – лишь в размере 60 тыс. руб.

Суды исходили из того, что право временного управляющего требовать установления вознаграждения в виде процентов возникает только после завершения процедуры наблюдения. Поэтому для определения размера процентов необходимо руководствоваться нормами Закона о банкротстве в той редакции, которая действовала на дату истечения десятидневного срока с момента окончания процедуры наблюдения. Но Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда назвала это ошибкой и разделила позицию управляющего.

Коллегия указала, что полномочия временного управляющего и право на получение вознаграждения возникают с даты принятия судебного акта об утверждении лица арбитражным управляющим. Это было разъяснено в п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве». В данном случае дата принятия определения о введении наблюдения (и утверждении временного управляющего) пришлась на период до вступления в силу новой редакции, поэтому ограничение размера вознаграждения применяться не должно.

Настоящий обзор подготовлен сотрудниками Исследовательского центра частного права имени С.С. Алексеева при Президенте Российской Федерации.

Читать полностью →
Россия
Источник: ЕФРСБ
15 Сентября, 2017

Госдума РФ одобрила в I чтении законопроект о рассрочке по доначисленным налогам

Москва. 14 сентября. ИНТЕРФАКС - Госдума РФ одобрила в первом чтении поправки в Налоговый кодекс (НК), которые позволят предпринимателям получить рассрочку по уплате доначисленных по итогам налоговой проверки налогов в случае невозможности их единовременной уплаты.

Законопроект наделяет налоговые органы правом предоставлять компаниям рассрочку на срок от одного года до трех по уплате налоговых сумм. В отличие от действующих в настоящее время оснований для изменения сроков уплаты налогов новое основание может применяться к широкому кругу налогоплательщиков.

Согласно требованиям, прописанным в законопроекте, сумма налога должна быть не менее 30% и не более 70% выручки от реализации товаров за предшествующий налоговой проверке год. Компания должна быть зарегистрирована не менее года до даты подачи заявления о рассрочке. Кроме того, в отношении юридического или физического лица не должно быть возбуждено дело о банкротстве, а юрлицо не должно находиться в процессе реорганизации или ликвидации.

"Закон важен для бизнеса, так как сегодня масса предприятий, особенно малого бизнеса, в случае начисления налогов и невозможности их уплаты начинают банкротиться. Законопроект предотвращает банкротство предприятий, позволяет бизнесу сохранить рабочие места, в результате улучшается бизнес-климат в стране", - заявил, представляя депутатам законопроект, зампред комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам Леонид Симановский.

Решение о предоставлении рассрочки и о сроках будет принимать налоговый орган. Этот пункт вызвал возражения ряда депутатов, которые в ходе дебатов предположили, что прописанная в законопроекте вилка от года до трех при предоставлении рассрочки несет в себе коррупционную составляющую, позволяющую налоговикам произвольно устанавливать сроки предоставления отсрочки.

Одновременно в законопроекте прописаны гарантии поступления денежных средств в бюджет. Так, к налогоплательщикам будут предъявляться требования обязательного представления банковской гарантии для обеспечения исполнения обязательств. Этот пункт также вызвал вопросы со стороны депутатского корпуса. В частности, депутат Андрей Палкин предположил, что банки не пойдут на предоставление гарантий компаниям, которые не могут расплатиться по налоговым обязательствам.

Ко второму чтению остался открытым вопрос, касающийся возможности компаний и физических лиц получить отсрочку и затем обжаловать доначисление. В принятой редакции прямо указывается, что решение о предоставлении рассрочки по уплате налога подлежит отмене в случае, если после его вынесения заинтересованное лицо обжаловало решение налогового органа.

© 1989 - 2017 Интерфакс
Все права защищены
Использованы материалы Новостной ленты "Интерфакс"

Читать полностью →
Россия
Источник: ЕФРСБ
14 Сентября, 2017